2008-11-21 09:36:02

Второй месяц в неведении находятся родственники моряков, бесследно пропавших после кораблекрушения у берегов Болгарии.

27 сентября там затонуло судно
"Толстой" с украинским экипажем, в том числе двумя крымчанами –
Владимиром Лукьяновым из Севастополя и Сергеем Зоря из Ялты.

Семьи моряков в отчаянии. После
случившегося отец Владимира Лукьянова перенёс инсульт.

Двадцатилетний Владимир Лукьянов
учился в Севастопольском военно-морском институте имени Нахимова. В июле 2009
года он должен был получить диплом бакалавра по специальности
"судовождение". Для этого надо было пройти "ходовую
практику" на многотоннажном корабле.

– Так как у вуза нет своих судов,
студенты устраиваются на гражданские корабли через крюинговые компании.
Институт заключил с рядом таких фирм договоры о сотрудничестве, но с тем
"крюингом", который послал Володю на "Толстой", мы не
работали. Он сам его нашёл, – говорит декан факультета судовождения и энергетики
судов института имени Нахимова Валерий Казаренко.

Как выяснилось, решение
отправиться в плавание на этом сухогрузе было большой ошибкой. Он
эксплуатировался почти сорок лет, недавно был задержан в Ростове-на-Дону по
причине технических неисправностей, но почему-то вновь выпущен в море.

Штурман "Толстого"
Денис Ахромеев, которому вместе с Андреем Криженовским посчастливилось спастись
после кораблекрушения, рассказывает:

– До того как в Ростове-на-Дону к
команде присоединился Вова, мы ходили в Грецию – доставляли туда металлолом. В
пути судно постоянно ломалось: то рулевое управление откажет, то радар и вся
навигационная система заглохнет. Периодически приходилось идти вслепую. Часто
откачивали воду из камбуза и отсеков. Этот рейс мы пережили чудом!

Несмотря на технические проблемы,
по возвращении из Греции судовладельцы вновь загрузили "Толстой"
металлоломом и отправили его в турецкий порт Немрут. Это был первый рейс
Владимира Лукьянова. Выйдя в море, он позвонил матери:

– Сын сказал, что судно дырявое,
как решето, но в итоге свёл всё к шутке – не хотел нас расстраивать. Но как же
это "решето" могли выпустить в море? – задаётся вопросом Светлана
Лукьянова.

Это же тревожит и семью
тридцатишестилетнего Сергея Зоря из Ялты. Сейчас его маленьких детей
воспитывает дедушка. Он боится говорить им о случившемся горе, и трёхлетний
сынишка Сергея ждёт, когда папа вернётся из плавания с обещанным подарком –
большой игрушечной машинкой. Сергей Зоря был на "Толстом" вторым
помощником капитана.

– До этого он работал на хороших
судах. Попав на "Толстой", сказал мне: "Судно в ужасном  техническом состоянии, на нём страшно
идти". Но отказаться он не мог – в крюинговой компании ему не отдавали
документы, – говорит отец Сергея Анатолий Зоря.

Денис Ахромеев запомнил Сергея
профессионалом своего дела, который очень хорошо показал себя в рейсе в Грецию.
С Вовой Лукьяновым толком познакомиться они так и не успели.

– В минуты аварии я не видел
ваших ребят. Это случилось рано утром, когда был сильный шторм. Я с капитаном и
Андреем Криженовским стоял на мостике, вдруг судно начало разламываться прямо
посередине, между первым и вторым трюмами. Капитан дал команду остановить
машины и покинуть корабль. Мы объявили об эвакуации по громкой связи и на
всякий случай вместе с Андреем постучали в каюты ребят. Потом выбежали на
корму. Двери были открыты – это значит, что, возможно, кто-то уже выпрыгнул за
борт. С нами должен был прыгать второй механик Саша, мы видели его на корме. Но
в последний момент он вернулся, наверное, побежал за какими-то вещами в каюту.
Мы выпрыгнули в воду, забрались на плот. Судно затонуло в считанные минуты. Ни
Сашу, ни других ребят мы больше не видели, но я уверен: шанс спастись был у
всех, их надо искать! – говорит Денис Ахромеев.

Но с поиском возникли большие
проблемы. Денис провёл в холодной воде почти двое суток, и он не видел никаких
признаков того, что их кто-то ищет.

– Мы были в шоке! Возникли
большие подозрения по поводу того, что спасательные работы вообще велись! Мы
пускали ракеты в небо, одно судно точно видело эти сигналы, но не подняло нас
на борт. Помогла лишь польская семья, прогуливавшаяся на яхте, – говорит Денис.

В адекватности спасательной
операции заставляет усомниться и информация, полученная украинскими СМИ от
человека, который якобы имеет отношение к морской администрации Болгарии.
Обратиться с письмом к прессе анонима заставило то, что "люди умирали
из-за безответственности государственных чиновников".

– Правда в том, что дежурного
судна-спасателя, которое может работать в плохую погоду, в болгарской службе
спасения нет. Есть "Перун", но он без экипажа! Потому послали
портовой буксир "Мизар", для которого пришлось сначала собирать
экипаж. Сигнал бедствия с "Толстого" поступил в поисково-спасательный
центр Варны около четырёх утра по местному времени. А "Мизар" вышел в
море только в 15.30! Но и он не проводил поисково-спасательную операцию, а
укрылся под мысом Эмине и оставался на якоре до 10 часов утра следующего дня.
Был ещё вертолёт, который вылетел между десятью и одиннадцатью часами. Позднее
на поиски бросили другие суда, но самое важное время – первые часы после
трагедии – было упущено".

По сообщениям пресс-службы
Министерства транспорта и связи Украины известно, что спасательно-поисковые
работы проводили три судна ВМС Болгарии, один корабль пограничных войск и один
буксир морской администрации Варны, берег осматривали более ста человек.

– Болгары всё делали лишь для
отвода глаз: не их же граждане попали в беду. А где были украинские спасатели?
После случившегося я убедился, что люди на Украине никому не нужны. Что сделала
наша власть? Отправила болгарам письмо и всё.

А могли бы и вертолёты послать, и
суда. Думаю, если бы в такой беде оказался кто-то из родственников Ющенко или
Тимошенко, то их бы нашли и подняли на борт через два часа. А на обычных
моряков им плевать! – говорит Анатолий Зоря.

– На многочисленные звонки и
письменные обращения в МИДе нам повторяли, что Украина не может вести
какие-либо действия в водах Болгарии. В то же время в Минтрансе нам заявили,
что если бы сухогруз шёл под украинским флагом, то экипажем занимались бы наши
службы, а так как он был зафрахтован Кореей, денег на поисковые работы у
Украины нет. Но это же наши сыновья, граждане Украины! Какая разница, под каким
флагом шло судно? Властям на них просто плевать, они заняты делёжкой портфелей,
– уверена Светлана Лукьянова.

Родственникам моряков до сих пор,
спустя почти два месяца после кораблекрушения, не дали ответов на
многочисленные вопросы, которые тревожат их. Наверное, главный из них: почему
Украина не искала и до сих пор не ищет своих моряков?

– Я не верю, что восемь человек
могли пропасть бесследно, это ведь не иголка в стоге сена! Известно, что все
пять плотов были сброшены на воду, а так как в том районе очень интенсивное
судоходство, не может быть, чтобы их никто не видел. Не испарились же они! –
теряется в догадках мама Владимира Лукьянова.

Украинские власти не информируют
семьи моряков не только о поисках, но и о результатах расследования причин
аварии. Разрозненные сведения они лишь иногда получают из прессы. Ещё месяц
назад прозвучали обнадёживающие обещания уполномоченного по правам человека
Нины Карпачёвой о том, что существует "возможность использования архивов
космических снимков места катастрофы, в том числе тех, которые имеются в
распоряжении мощных космических государств" для поиска пропавших моряков.
Обещали помощь и в Министерстве по чрезвычайным ситуациям, где якобы готов
самолёт для участия в поисково-спасательных работах. Однако и поныне всё
осталось лишь обещаниями.

***

Когда верстался номер…

 

Как сообщили нам в пресс-службе
Министерства транспорта и связи Украины, семнадцатого ноября на специальном
заседании в спасательном штабе Болгарии обсуждалась возможность начала
водолазных работ по обследованию судна "Толстой". Результаты
переговоров пока не разглашаются.

***

Сергей МАЛЬНЕВ, "Крымская правда"